С идеями не расставайтесь

На прошлой неделе было объявлено, что депутат Дмитрий Рогозин, председатель думского комитета по международным делам переходит из Народной партии в «Единую Россию». Нашел событие, – удивится читатель. Согласен, не тянет факт на комментарий. От перестановки мест слагаемых сумма не меняется. А в сумме мы имеем все ту же партию власти. Лидер Народной партии Г.Райков так и сказал: «коллегам помогаем укреплять». Почти как недавно одним функционером КПСС «укрепляли» комсомол, другим – профсоюзы, третьего бросали на «хозяйственную» или «советскую» работу…

Но это лишь повод, чтобы поговорить о другом. Отличить партию власти от правящей партии не очень сложно. Если действует нормальная система политической конкуренции, партия сначала побеждает на выборах и уже на этой основе расставляет своих представителей или сторонников на ответственные посты в исполнительной власти, прежде всего, формирует Правительство. Это – правящая партия. Правда, при смешанной форме правления, которая существует в России, конструкция власти более сложная. И не в последнюю очередь именно она способствует созданию партий власти. Ведь Президенту, который победил на выборах не в качестве кандидата от определенной политической организации, а как харизматическая личность, в дальнейшем требуется поддержка большинства в депутатском и губернаторском корпусе. Значит, нужно создавать factum политическую организацию, основанную на полной лояльности «патрону». Это и есть партия власти.

В самом способе рождения и кроется слабость таких партий: когда «патрон» уходит в отставку, она обычно распадается (хрестоматийный пример – судьба НДР). Чтобы этого не произошло, ей необходимо стать нормальной политической организацией, а потому определиться со своей идейной спецификой. Ведь мало объявить себя «центристами», нужно все-таки более конкретно, как говорят политологи, позиционироваться, нужно понять, кто является твоим электоратом. Сегодня мы как раз наблюдаем поиски такой специфики. Но, если разобраться, и «Единая Россия», и Народная партия уже находятся во вполне определенной идеологической нише.

В современном мире традиционное деление партий как выразителей интересов определенных классов и социальных групп постепенно отмирает. Равно, как отмирает деление на «левых» и «правых». Тем не менее избиратель нутром чувствует, где для него «свои», а где «чужие». И даже когда голосует «против всех», кто-то оказывается все-таки ближе ему по духу. Что же лежит в основе выбора? По моему предположению, взгляды на роль государства, на его взаимоотношения с человеком. Судя по всему, именно здесь пролегает грань, которая делит нынешнее российское общество на две большие группы.

К первой можно отнести тех, кого принято называть государственниками (я бы назвал их шире – «публичники»). Разные мотивы влекут людей к этой идеологии. У одних преобладает потребность в безопасности и потому они стремятся ощутить свою принадлежность к могучему государству. Другие инстинктивно не доверяют ничему частному, порождающему, по их мнению, несправедливость. Третьи исповедуют взгляды, которые четко выразил митрополит Санкт-Петербургский и Ладожский Иоанн: «державность – это государственное самосознание народа,.. стоящего насмерть на пути рвущегося в мир сатанинского зла». В нынешней российской жизни эту идеологическую нишу занимают (если брать депутатов Госдумы) КПРФ, ЛДПР, «Единая Россия», Народная партия, Партия возрождения России Г.Селезнева.

Суть такой идеологии, хотя и в заостренной форме, выразил в романе «Мы» Е.Замятин: «И вот – две чашки весов: на одной грамм, на другой тонна, на одной – «я», на другой – «мы», Единое Государство... Отсюда – распределение: тонне – права, грамму – обязанности; и естественный путь от ничтожества к величию: забыть, что ты – грамм и почувствовать себя миллионной долей тонны».

Другой лагерь составляют те, кого называют либералами (их я бы назвал «приватниками»). Здесь ведущими ценностями являются индивидуальная свобода, автономия личности, святость privacy. Приверженцы такой идеологии инстинктивно недолюбливают всякое государство (в смысле – государственный аппарат, институты власти), но в то же время, понимая, что оно необходимо, хотели бы видеть в нем в основном обслуживающие функции. Этот лагерь, пусть и в разной степени, олицетворяют собой «Яблоко», СПС и «Либеральная Россия».

Наверное, не всем представителям названных в обоих лагерях партий понравится предложенное выше соседство. Но что поделать, если при всех партийных различиях есть нечто, что позволяет их так группировать. А, главное, зачем нужно стесняться исповедуемых ценностей? Ни одну из этих идеологий нельзя оценивать в терминах «хорошо-плохо» или «вредно-полезно». В каждом из течений есть свои рациональные зерна. И в то же время каждое в своих крайних формах опасно: первое в пределе означает тотальный контроль за личностью, второе – атомизацию общества, ведущую, говоря словами Э.Фромма, к бегству от свободы. В любом случае достижение предела неизбежно ведет к социальным потрясениям, отбрасывающим страну назад.

Так что – скрещивать обе идеологии, чтобы отбросить крайности? (Именно это заметно в заявлениях и действиях некоторых партий). Ни в коем случае! Это будет не центризм, а идейное болото, «жареный лед».

Раз в обществе существуют две большие группы, соответствующие двум взглядам на отношения между государством и человеком, значит, обе эти идеологии должен кто-то представлять. Представлять, но не глумиться над оппонентами, не загонять их в угол, не подавлять тем, что «нас больше», не вытеснять «на кухни»… Только тогда политическая борьба не будет походить на вражду «остроконечников» и «тупоконечников» в стране лилипутов. Тогда никакая идеология не будет доводиться до своих крайностей. Тогда рождающиеся в парламенте законы будут отражать не сиюминутные желания большинства, а баланс позиций всех легальных политических сил. Тогда чья-либо победа на выборах не будет в корне ломать общий образ страны.

Михаил Краснов,

доктор юридических наук