Михаил Федотов

Жидкие сливки

Слушания по вопросу о соблюдении прав человека в России – вполне рутинное мероприятие на Капитолийском холме. Может быть, поэтому в чопорном, украшенном гербами и флагами зале, где в минувший четверг собрались обсуждать “русский вопрос” члены Комитета по безопасности и сотрудничеству в Европе, была всего одна съемочная группа. И то – российская, как и абсолютное большинство пришедших на мероприятие журналистов. Американскую прессу и ее аудиторию куда больше интересует другая парламентская комиссия – та, что занимается вопросом об издевательствах над иракскими военнопленными. Вот там – настоящее столпотворение. А тут... Кстати, после перерыва, который довольно скоро объявили, чтобы конгрессмены сходили проголосовать “всей палатой”, на слушания вернулись только трое членов комитета. Вот им-то и предстояло выслушать речи главных свидетелей обвинения и защиты – Гарри Каспарова и Эдуарда Лозанского. Первый – экс-чемпион мира по шахматам и председатель Комитета-2008, второй – президент Американского университета в Москве.

Свидетели не расходились в изложении фактов, поскольку они общеизвестны. И то, что недавние федеральные выборы были признаны миссией наблюдателей ОБСЕ “свободными, но нечестными”. И то, что арест Владимира Гусинского в июне 2000 года, как установил Европейский суд по правам человека, происходил по “не связанным с правосудием причинам”, а “уголовное преследование и задержание арестованного не может являться частью публичного права с целью заключить коммерческую сделку”. И то, что со свободой прессы, независимостью правосудия, неприкосновенностью частной собственности у нас, мягко говоря, далеко не все в порядке.

Нет, они расходились только в оценках. Каспаров эмоционально апеллировал к общепринятым стандартам демократии и правового государства. Лозанский, напротив, сравнивал нынешнее положение в России с советскими порядками, от которых он в середине 70-х утек за океан. И он безусловно прав! По сравнению с 1976 годом мы имеем примерно такой же прогресс по части демократии, какой имели тогда в сравнении с 1913 годом по количеству телевизоров на тысячу жителей.

Так, может быть, с нас довольно и такой демократии? Ведь не обязательно же добавлять в кофе 30-процентные сливки; можно и 1,5-процентное молоко. Цвет почти такой же, а вкус... Но о вкусах ведь не спорят. Может быть, действительно не стоило нам затеваться со всеми этими общечеловеческими ценностями, чтобы потом не причитать каждый раз, что в отношении нашей страны опять применили двойные стандарты? То в фигурном катании, то в анализах на допинг, то в технологическом сотрудничестве со “странами-изгоями”, а теперь еще и в страсбургском суде. Единственная радость от его недавнего решения – то, что российский судья проголосовал против родного государства. Не побоялся. Значит, как минимум один независимый судья у нас уже есть.

Помню, как пару лет назад высокопоставленный китайский функционер спрашивал меня с искренним удивлением: “О правах какого человека вы так печетесь? Зачем нашему крестьянину эти права, если он читать не умеет? Каждому народу еще нужно дорасти до прав человека”.

Нет, не можем мы признать, что не доросли до прав человека. Ведь тогда могут и из “большой восьмерки” попросить, и из Совета Европы... А ведь это будет только начало жизни на обочине. Так что хочешь не хочешь, нужно тянуться.

Вашингтон

Автор – министр печати РФ в 1992–1993 гг., секретарь Союза журналистов России.